Этот пояс выполнен в виде поребрика, когда кирпичи поставлены друг за другом ребром. Окна сохранили свой богатый декор, выделенный белым по красному.
Палаты «узорочья» сохранились на Кожевнической улице дом 19 стр.3. Двухэтажное здание покрыто скатной высокой кровлей, из которой вырастают высокие дымники. Углы палат украшены вдавленными в стену полуколоннами, от основания которых идет горизонтальная тяга — декоративный пояс, визуально разделяющий два этажа.
Характерной чертой эпохи является сомкнутый фронтон окна — это самая верхняя треугольная часть наличника.
Район вокруг Павелецкого вокзала можно рассматривать как атлас архитектурных стилей и начинался бы он с XVII века — времени каменных палат и стиля под названием «узорочье».
Ну а если вы хотите в полной мере проникнуться архитектурой узорочья, то сделать это можно в Крутицком подворье.
(9)
Узорочье
и русское барокко
и русское барокко
Глава I
Увидеть это можно на примере храма Живоначальной Троицы в Кожевниках.
«Чуть позже наличники окон начнут «разрываться», а декор приобрет чуть больше европейских черт. Обычно такие постройки выделяют общим названием «русское барокко».
Окна на разных уровнях здесь изобилуют декором: две плавные дуги стремятся друг к другу, чтобы объединиться при помощи небольшой гирьки. Особенно выделяется оформление портала северного фасада, где вокруг маленького окошка над входом раскинулся живописный декор в виде фронтона из завитков-волют, напоминающих морскую пену.
Тема моря продолжается и в верхней части храма, где сохранился декор в виде раковин, напоминающих о творениях итальянских архитекторов в Кремле.
Здесь же характерный для барокко прием удвоения деталей — колонны выстраиваются парами. По всему фасаду раскинулись ленты лепных гирлянд и даже барельеф с изображением Архангела Михаила.
В XVIII веке с приходом новой политики Петра I, в Россию проникает всё больше западной архитектуры. Живописное русское барокко перетекает в барокко европеизированное.
Барокко
и классицизм
и классицизм
Глава II
Так сложилось, что с переносом столицы в Петербург, модного европейского барокко в Москве было построено не очень много, нашему городу по душе пришелся классицизм.
Это хорошо считывается на контрасте основного объема храма Живоначальной Троицы с более поздней колокольней. На ней мы видим как колонны приобретают больший объем и несут на себе антаблемент — верхнюю часть с полосами фриза и карнизом. Причем антаблемент этот тоже разрывается, придавая строению живость и динамику.
На улице Бахрушина дом 17 расположился яркий пример такой архитектуры — городская усадьба Варгина-Одинцовых.
Двухэтажное здание 1830-х годов демонстрирует главные приемы поздней классики с абсолютной симметрией и уравновешенным декором. Симметричный фасад как будто разделен на 3 части. Нижняя часть выделена имитацией каменной кладки, которая называется рустом — такой прием позволял сделать архитектуру визуально более устойчивой.
Второй этаж отличается изысканным декором окон с изображением лиры, окруженной растительном орнаментом. Верхняя часть здания завершена треугольным фронтоном с вензелем владельцев, который поддерживается четырьмя ионическими полуколоннами, завершенными горизонтальной межэтажной лентой декора.
Центральная часть по вертикали выделена ризалитом — выступающей частью здания. Все эти детали создают атмосферу спокойной рациональной красоты, которую называют «вечной классикой».
На фоне окружающей застройки этот дом выделялся своей яркостью и праздничностью и несмотря на викторианские черты его стали называть «Версалем за Зацепе».
Здание выступает вперед двумя ризалитами с крупными стрельчатыми окнами, внутри которых расположились витражные стекла. Кровли этих ризалитов отличаются друг от друга: первый имеет высокое шатровое навершие, а второй украшен ступенчатым фигурным аттиком. Яркий кирпичный фасад дополнен белым декором в виде трифолиев и квадрифолиев, похожих на лепестки клевера, так популярных в средневековой архитектуре.
Этот период часто называют «романтизмом» и в районе Павелецкого вокзала расположен яркий пример — особняк Алексея Александровича Бахрушина. Вместе с архитектором Карлом Карловичем Гиппиусом Бахрушин решат строить свой дом в китайском стиле, ведь Гиппиус к этому моменту уже выполнил фасады для чайного дома купца Перлова и опыт у него имелся. Однако, в ходе проектирования проект меняется и приобретает черты викторианской неоготической архитектуры.
Середина XIX века стала временем «архитектуры выбора», в котором заказчик и архитектор могли построить здание в духе готики, барокко, ренессанса или даже в мавританском стиле. Но это не простое копирование, а любопытная творческая переработка исторических мотивов.
Романтизм и эклектика
Глава III
На Новокузнецкой улице другой представитель семьи Бахрушиных нанимает все того же архитектора Карла Гиппиуса для оформления своей усадьбы.
В XIX веке исторические стили не просто воспроизводили, но еще и смешивали на одном фасаде. Этот прием получил название «эклектика».
Константин Петрович выбирает иметь на фасаде дома все возможные элементы декора: здесь ангелочки-путти украшают барочный вход со стороны сада, рядом на входящих смотрят маскароны с головами львов, по фасаду бегут ленты гирлянд из классицизма, а окна обрамляют пилястры с лепными гротесками как будто из эпохи ренессанса. Завершают композицию вазоны и металлические резные композиции с цветами на крыше. Ведь зачем выбирать один стиль, когда можно взять лучшее из всех!
Центральная их часть понижена относительно боковых корпусов, выдвинутых вперед. Прямоугольные широкие окна дополнены вертикальной полосой остекления. Такой прием любили применять в эпоху авангарда.
Молодая советская республика ставила себе цель на руинах прошлого построить светлое будущее. В архитектурном плане это будущее должно было быть функциональным, ясным, обобществленным и гигиеничным!
Декор авангард отрицает, но в Кожевнических банях появляются керамические панно, обрамляющие боковые части бань. Здесь сцены сельскохозяйственного труда соседствуют с воспеванием техники и спортивными сюжетами. На фоне дирижаблей, тракторов и пасущихся животных, радостные советские граждане обливаются водой и вытираются полотенцами. Авторами панно стали художники Василий Васильевич Боркин, Арон Борисович Траскунов и Евгений Евсеевич Ковальский — выпускники ВХУТЕИНа.
Революции и войны всегда идут рука об руку с эпидемиями и ради борьбы с ними создают Декрет «Об обеспечении населения Республики банями». По типовому проекту Владимира Бруновича Ивашкевича близ Павелецкого к 1933 году вырастают Кожевнические бани.
Авангард, неоклассика и модернизм
Глава IV
Тему арки поддерживает абрис окон последнего этажа, завершенного пышным карнизом. Неоклассический облик поддерживают горизонтальные тяги и мощные пилястры на всю высоту жилой зоны.
Век авангарда был недолог и на смену ему пришел период «освоения классического наследия».
Ну а прямо напротив, по адресу Валовая улица 2/4, с классическими мотивами работает архитектор Игорь Николаевич Кастель, участвовавший в проектировании кольцевой станции метро «Павелецкая». Первые 2 этажа дома выделены имитацией каменной кладки, которую называют «рустом». На углу здания расположились арочные окна, сочетающиеся с выходом из метро. Завершает композицию дополнительный этаж углового блока, напоминающий башенку.
Ярким примером могут служить 2 дома, обрамляющих въезд на Новокузнецкую улицу. Дом под номером 16 проектировали архитекторы Г. И. Луцкий и К. Ф. Новиков в 1952 году. Под просторными арками первого этажа разместился выход из станцфии метро «Павелецкая».
На стрелке Большой Серпуховской и Павловской улиц в 1982 году открывает свои двери клуб сотрудников ЗВИ. Белоснежный куб зрительного зала прорезал тонкими вертикальными окнами, в некоторых из которых раньше располагались витражи. Вход выделялся летящей плитой корызька, а на боковых фасадах можно было увидеть горизонтальную ленту террасы с открытой лестницей. Архитекторами проекта стали В. Воскресенский, Ю. Каримов, В. Сумин и Ю. Трифонов.
Эстетика геометрии и функциональности во многом вторит эпохе авангарда.
Эстетика геометрии и функциональности во многом вторит эпохе авангарда.
Вскоре после постройки этих домом выходит знаменитое «Постановление об устранении излишеств в проектировании и строительстве». Арки, пилястры, лепнина и колонные портики отныне под запретом и архитектура возвращается к принципам функциональности.
Прогуливаясь вокруг Павелецкой можно увидеть всю историю развития архитектурной истории. Лоскутное одеяло из узорочья, классицизма, романтизма и даже авангарда приятно соседствует с современными стилями